Мирная рамка между США и Ираном уже снизила цену нефти, но главные параметры сделки остаются за закрытой дверью. Судьба санкций, ядерных ограничений и доступа к Ормузскому проливу еще не закреплена в опубликованном тексте.
США и Иран согласовали мирную рамку, которая должна остановить войну, снять морскую блокаду и открыть Ормузский пролив для нефтяных поставок. Для рынков этого уже оказалось достаточно, чтобы резко снизить цену на нефть и вернуть аппетит к риску. Но с содержательной точки зрения договоренность пока остается скорее политическим контуром, чем завершенным соглашением.
Полный текст меморандума не опубликован, и именно здесь сосредоточен основной риск. Неясно, как будет устроен долгосрочный доступ к проливу, какие ограничения коснутся ядерной программы Ирана, каков будет механизм контроля и что произойдет с конфликтными узлами за пределами двусторонней линии, включая Ливан. Дополнительное напряжение вносит то, что параллельно озвучена готовность вернуться к военным действиям, если переговоры по ядерному вопросу сорвутся.
Проект меморандума включает 14 пунктов. В нем зафиксированы прекращение войны, вывод американских сил из районов вокруг Ирана, подтверждение обязательств Ирана в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия и отказ от производства ядерного оружия. В документ также заложено смягчение нефтяных и части финансовых санкций, а также подготовка планов по послевоенному восстановлению.
Следующий этап выглядит как 60-дневное окно финальных переговоров. В этот период стороны должны согласовать окончательные параметры по ядерной программе, остающимся санкциям и резолюциям Совета Безопасности ООН и совета управляющих МАГАТЭ. То есть речь идет не о немедленном полном урегулировании, а о мосте к более сложной юридической и дипломатической конструкции, где каждая деталь может менять экономический результат.
Особое значение имеет вопрос замороженных иранских средств. Речь идет примерно о $24 млрд, которые предполагается разморозить в течение переговорного окна, причем половину суммы до начала финального раунда. Для Ирана это не только финансовый ресурс, но и проверка серьезности намерений Вашингтона. Для США это чувствительный рычаг, потому что разморозка активов фактически становится авансом под политические и ядерные обязательства.
Отдельные положения проекта описывают и морскую часть сделки. Блокада и ограничение судоходства должны быть сняты, а пролив открыт в течение 30 дней. В финальном соглашении круг тем намеренно сужается до обогащения урана, санкционного режима и восстановления после войны. Ракетная программа и поддержка вооруженных союзников в проект, по имеющимся деталям, не включены. Это делает будущую конструкцию уже на входе частичной, а значит потенциально хрупкой.
Нефтяной рынок отреагировал мгновенно. Brent снизился примерно на 4% и опустился к $83 за баррель, минимуму с начала марта. При этом цена все еще остается более чем на 20% выше уровня начала войны и примерно на 40% выше значений начала года. Иначе говоря, рынок убрал часть военной премии, но не вернулся к прежнему ощущению безопасности. Пока не опубликован текст и не началось практическое исполнение, в цене нефти будет оставаться скидка на недоверие.
Экономический смысл происходящего выходит далеко за пределы нефтяных котировок. Частичное снятие санкций меняет экспортные потоки, страхование перевозок, расчеты за сырье и доступ Ирана к валюте. Открытие пролива важно не только для иранской нефти, но и для всего региона, через который проходила примерно пятая часть мировых поставок. Поэтому сейчас рынки торгуют не мир как факт, а вероятность того, что временная договоренность превратится в рабочий режим торговли и судоходства.