Американский рынок пережил сентябрь лучше ожиданий, но устойчивость держится на узкой группе ИИ-компаний. Рост доходностей и слабость остального рынка показывают, насколько опасной стала эта концентрация.
Сентябрь, который обычно считается самым слабым месяцем для американских акций, в этот раз оказался сложным, но не катастрофическим. Широкий индекс S&P 500 снизился лишь на 0,4 процента, хотя доходности казначейских облигаций резко выросли и финансовые условия заметно ужесточились. При этом Nasdaq прибавил 1,8 процента и успел обновить максимум в конце месяца. Контраст с остальным рынком получился слишком явным, чтобы его списать на обычную волатильность.
Движение рынка все больше определяется несколькими крупными технологическими именами и производителями чипов. Именно они вытянули показатели индексов, тогда как Dow Jones потерял около 4,3 процента, а малые компании из Russell 2000 просели на 5,4 процента. Формально рынок выглядит устойчивым, но внутри него накапливается расхождение между узкой группой бенефициаров бума искусственного интеллекта и остальной экономикой.
На настроение инвесторов давили облигации. Доходности двухлетних и десятилетних бумаг выросли примерно на полпроцента за месяц, а тридцатилетние прибавили почти 40 базисных пунктов. Базисный пункт это одна сотая процентного пункта. Такой скачок означает более дорогие деньги для бизнеса, давление на оценку акций и ухудшение условий для новых размещений.
Это уже видно по первичному рынку. Несколько компаний отложили выход на биржу, сославшись на слишком нервные условия. Даже крупнейшее ожидаемое размещение квартала, дебют разработчика ИИ-моделей Anthropic, сдвинулось с октября на ноябрь. Для рынка это важный тест. Если инвесторы по-прежнему готовы покупать историю роста почти любой ценой, окно для IPO останется открытым хотя бы для самых модных эмитентов. Если нет, охлаждение начнется именно здесь.
Экономический эффект бума ИИ теперь выходит далеко за пределы фондового рынка. В расчетах крупных банков именно инвестиции, связанные с искусственным интеллектом, и эффект богатства от роста технологических акций дают более 80 процентов прироста экономики США. Эффект богатства означает, что подорожание активов поддерживает потребление, прежде всего у обеспеченных домохозяйств. Это делает рост менее здоровым, чем кажется на поверхности, потому что он опирается на узкий набор источников спроса.
Оценка будущих вложений тоже показывает степень концентрации. Прогноз расходов на инфраструктуру ИИ в следующем году поднят до 1,4 трлн долларов, то есть сразу на 200 млрд выше прежних ожиданий. При этом инвестиции вне этой темы почти не растут. Проще говоря, корпорации готовы тратить огромные суммы на дата-центры, чипы и вычислительную мощность, но не спешат расширять капитальные программы в других сегментах.
В этом и заключается главный риск. Если лидеры ИИ-сектора начнут дешеветь, удар придется сразу по двум каналам. Сначала снизятся корпоративные инвестиции в технологии и инфраструктуру, затем может ослабнуть потребление, которое подпиралось ростом стоимости акций. Такая конструкция делает весь рынок зависимым не просто от технологического сектора, а от сохранения веры в то, что текущий цикл расходов на ИИ будет только ускоряться.
Пока эта вера не исчезла. Более того, есть первые признаки, что импульс начинает просачиваться за пределы чисто технологической цепочки. Каждый доллар инвестиций в ИИ в текущем квартале, по таким оценкам, генерирует примерно 1,5 доллара последующих вложений в следующем квартале, причем лишь треть этих расходов остается внутри самой технологической отрасли. Если этот мультипликатор подтвердится, нынешняя рыночная концентрация может со временем стать шире. Но на текущем этапе американский рынок живет в режиме, где ИИ уже не просто тема роста, а несущая конструкция всей истории.