Нефть завершила неделю уверенным ростом после атак на танкеры в Ормузском проливе и остановки экспорта из российского терминала в Новороссийске. Даже слабый спрос и рост запасов в США пока не перевешивают страх новых перебоев в поставках.
К концу недели нефтяной рынок снова начал покупать риск войны. Brent выросла на 1,45 доллара и закрылась на уровне 88,52 доллара за баррель. Американская WTI прибавила 1,15 доллара и завершила торги на отметке 82,40 доллара. За неделю рост составил около 6 процентов по Brent и 5,4 процента по WTI.
Поводом стали сразу несколько сбоев в глобальной системе поставок. Наиболее заметный из них это новые атаки на танкеры в районе Ормузского пролива и отсутствие прогресса в переговорах между администрацией Трампа и иранским руководством. Рынок увидел, что надежда на быстрое прекращение конфликта ослабевает, а физические риски для транспортировки нефти становятся не эпизодом, а устойчивым фактором цены.
Ситуация в Ормузе имеет особую чувствительность. До ударов США и Израиля по Ирану, начавшихся в конце февраля, через пролив проходило около пятой части мировых поставок нефти и сжиженного природного газа. Теперь трафик через канал опустился ниже среднего уровня за месяц. Это означает, что рынок оценивает не просто военную напряженность, а реальное сжатие транспортной пропускной способности.
Дополнительный импульс дали сообщения об атаке на два судна государственной нефтяной компании Абу-Даби во время прохода через пролив. Власти ОАЭ квалифицировали инцидент как иранскую атаку. Для нефтяного рынка такие эпизоды важны не только из-за прямого ущерба. Они немедленно поднимают стоимость страхования рейсов, усложняют логистику и заставляют трейдеров включать в котировки премию за вероятность повторения атак.
Параллельно возникла еще одна точка напряжения, уже вне Ближнего Востока. В России была приостановлена отгрузка нефти из терминала Шесхарис в Новороссийске после атаки беспилотников. Это один из ключевых экспортных узлов на Черном море. Даже если сбой окажется краткосрочным, его наложение на проблемы в Ормузе создает для рынка ощущение, что сразу несколько важных маршрутов становятся менее надежными.
При этом фундаментальная картина спроса и предложения выглядит не столь однозначно. ОПЕК указывает на более слабый рост спроса, а запасы нефти в США показали крупнейшее недельное увеличение более чем за три с половиной года. Это нормальный набор аргументов в пользу более низких цен. Но сейчас рынок реагирует не на спокойный баланс, а на риск внезапных перебоев, который способен на время перекрыть даже медвежьи сигналы со стороны запасов и спроса.
Особенно показательно, что участники рынка уже разделяют цену сырой нефти и цену конечного топлива. При нефти около 80 долларов за баррель дизель и бензин ведут себя значительно жестче. Для потребителя это означает, что инфляционное давление может прийти не через сам баррель, а через переработанные нефтепродукты, где логистические и страховые издержки передаются в розничные цены быстрее.
Сейчас рынок нефти живет в режиме, где каждая атака на судно и каждое политическое заявление о блокаде имеют почти мгновенный ценовой эффект. Пока движение через Ормуз ограничено, а переговоры буксуют, нефтяная кривая остается заложником не столько спроса, сколько геополитической проходимости морских коридоров.
