Нефть снизилась после вечерних заявлений о снижении военного риска вокруг Ормуза, но рынок остается на взводе из-за долгого ремонта катарского СПГ комплекса. Волатильность поддерживают угрозы новых ударов и разговоры о смягчении санкций и выпуске резервов.
Вечером нефть пошла вниз после жестких заявлений израильского премьера о том, что Иран утратил способность обогащать уран и производить баллистические ракеты, а также о намерении помочь восстановить судоходство через Ормузский пролив. На этом фоне американская WTI в послеторговой сессии дополнительно снизилась примерно на 1,5%.
Днем картина была другой. В ходе регулярных торгов WTI поднималась до 100 долларов за баррель, но закрылась около 96 долларов. Brent завершила день ростом и закрепилась выше 108 долларов за баррель, оставаясь возле максимумов за несколько лет. Волатильность стала прямым отражением того, что рынок пытается оценить не только вероятность перебоев поставок, но и длительность ущерба инфраструктуре.
Триггером для скачка накануне стала атака на газовый комплекс в Катаре, где сосредоточены мощности крупнейшего в мире экспортного производства СПГ. Сообщалось о повреждении объектов, обеспечивающих около 17% экспортного объема СПГ Катара, что эквивалентно примерно 13 млн тонн в год. Оценка сроков полноценного восстановления в 3–5 лет превращает историю в структурный шок для газа, а через него и для нефти, нефтепродуктов и нефтехимии.
Для энергетических рынков важен не только сам факт обстрела, но и «география без альтернатив». Ближний Восток остается узлом, где рядом расположены мощности по добыче, переработке, экспорту СПГ и нефтехимии. Если риски распространяются на несколько ключевых объектов одновременно, участникам рынка сложнее заменить выпавшие объемы логистикой или перераспределением потоков.
В оценках аналитиков фигурирует сценарий быстрого ухода цен на нефть выше 120 долларов и даже к 150 долларам за баррель при дальнейших ударах по объектам региона. Указывалось, что под угрозой могут оказаться мощности, которые в сумме сопоставимы с существенной долей мировой торговли СПГ, заметной частью поставок нафты в Азиатско Тихоокеанский регион и значимой долей глобального выпуска полиэтилена. В одном ударе по цепочке могут пострадать дизель, авиакеросин и сырье для нефтехимии.
Со стороны США прозвучали сигналы готовности использовать инструменты для снижения цен. Обсуждалась возможность смягчения режима санкций для иранской нефти, находящейся в море, а также дополнительный выпуск нефти из стратегических резервов. Это важная деталь для рынка, потому что она добавляет к военным рискам еще и политическую неопределенность вокруг санкционной дисциплины и доступности баррелей.
Отдельно проявилась разница региональных ориентиров. WTI торгуется с крупнейшим за 11 лет дисконтом к Brent, что указывает на относительную обеспеченность США сырьем и логистические ограничения глобального экспорта. При этом ближневосточные бенчмарки демонстрировали экстремальные премии, что является ценой за немедленную физическую поставку в регионе повышенного риска.
Газовый рынок усилил общий нервозный фон. Американский фьючерс на газ вырос, а в Европе котировки подскочили на десятки процентов. Для инвесторов и компаний, завязанных на энергетику, это означает возврат к миру, где страхование рисков и стоимость капитала снова становятся функцией геополитики, а не только баланса спроса и предложения.