На фоне практически нулевого роста реальных доходов населения рассрочка в Казахстане стремительно превращается в привычный способ оплаты покупок. Популярность беспроцентных займов маскирует реальную долговую нагрузку, создавая для покупателей риск финансовой зависимости ради выгоды банков и маркетплейсов.
Зарплаты растут, но свободных денег больше не становится. Смартфоны, бытовая техника и даже повседневные покупки всё чаще приобретаются в долг. За обещанием «0% переплаты» скрывается многомиллиардный рынок, на котором зарабатывают банки и маркетплейсы. Но кто в итоге оплачивает эту финансовую доступность?
Пятница, вечер. Новый смартфон давно лежит в корзине, но цена в 500 тысяч тенге заставляет отложить покупку и вдруг появляется предложение: всего 41 667 тенге в месяц, никаких процентов, никаких переплат. Три нажатия и телефон уже ваш.
Психологически это совсем другая покупка. Вы не расстаётесь с полумиллионом тенге, а просто соглашаетесь на небольшой ежемесячный платёж. Только есть одна деталь таких небольших платежей у вас уже может быть несколько. Именно так рассрочка постепенно превратилась из удобного способа оплаты в привычную часть финансовой жизни казахстанцев.
Масштаб происходящего становится понятнее, если посмотреть на доходы населения. В I квартале 2026 года среднедушевые номинальные денежные доходы казахстанцев составили 252 619 тенге в месяц, увеличившись за год на 11,8%. Однако с учётом инфляции реальный прирост составил всего 0,1%. Иными словами, денег в номинальном выражении стало больше, но покупательная способность практически не изменилась. На этом фоне потребительское кредитование продолжает занимать значительное место в экономике. Возникает закономерный вопрос: если реальные доходы почти не увеличиваются, за счёт чего поддерживается потребительский спрос?
Рассрочка: кредит, который не ощущается как кредит
Успех рассрочки во многом объясняется психологией потребления. Обычный кредит ассоциируется с долгом, процентами и обязательствами перед банком. Рассрочка выглядит иначе покупателю показывают небольшую сумму ежемесячного платежа, а не полную стоимость заёмных денег. Покупка за 500 тысяч тенге превращается в обязательство платить около 42 тысяч ежемесячно в течение года. Внимание переключается с общей стоимости товара на доступность очередного платежа. И этот механизм оказался настолько востребованным, что рассрочка стала массовым финансовым инструментом.
По данным аналитического обзора Национального банка, опубликованного в декабре 2025 года, беспроцентные потребительские займы охватывали более 63% заёмщиков розничного кредитования. При этом речь идёт именно о заёмщиках, использовавших такой инструмент, а не о доле всех покупок, совершённых в рассрочку. Другой показатель демонстрирует, насколько многочисленными стали финансовые обязательства населения. По данным Первого кредитного бюро, на 1 января 2026 года у 8,95 млн заёмщиков было зарегистрировано 39,4 млн кредитов. В среднем это 4,4 кредита на одного заёмщика. Разумеется, несколько кредитов не обязательно означают финансовые проблемы, среди них могут быть небольшие рассрочки и другие обязательства. Но сам масштаб множественного кредитования показывает, насколько привычным стало использование заёмных средств.
Проблема начинается тогда, когда каждый следующий платёж кажется незначительным по отдельности, но вместе они занимают всё большую часть семейного бюджета.
Кто зарабатывает на привычке платить позже?
Одними из главных выгодополучателей стали финансовые платформы и маркетплейсы. Например, в I квартале 2026 года выручка направления Marketplace Kaspi.kz выросла на 49%, до 520 млрд тенге, а GMV увеличился на 19%. Хотя этот рост обусловлен не только рассрочками, доступность финансовых инструментов помогает стимулировать покупки и увеличивать средний чек. Продавцы получают больше клиентов, финансовые организации доход от обслуживания сделок. Но устойчивость этой модели зависит от платёжеспособности покупателей. Если обязательств становится слишком много, сегодняшние продажи могут обернуться завтрашними проблемами с долгами.
Рассрочка постепенно превращается из удобного способа оплаты в опасную зависимость, когда реальные доходы почти не растут, а привычный уровень потребления поддерживается новыми займами.
Смартфон можно получить за три нажатия. А вот вернуть финансовую свободу после десятков ежемесячных платежей гораздо сложнее.
