Андрей — финансовый аналитик и автор FINANCE.kz, одного из крупнейших казахстанских Telegram-каналов о финансах и экономике. Начинал он не с финансов, а с коммуникаций: несколько лет отвечал за PR и GR (GR — government relations, работа с госорганами) в местном, центральноазиатском офисе международного прайм-брокера (прайм-брокер — компания, которая даёт трейдерам и фондам доступ к глобальным биржам, кредитному плечу и другим финансовым инструментам). Родился в Крыму, в Казахстан переехал в 2014 году, сейчас живёт в Астане с женой и тремя сыновьями.
Один «Сникерс» на пятерых, раз в год, на Новый год. Не игрушка и не велосипед, а шоколадка, которую в остальном мире ребёнок покупает в ларьке и съедает по дороге домой. Для целого поколения девяностых это было подарком, о котором мечтали месяцами. Недавно один блогер спросил в Threads подписчиков, как они в детстве понимали, что семья небогата. Ответы были один в один как у меня: сникерс, разрезанный на всех.
Хочется, чтобы у моих детей было другое детство, другие воспоминания. Наверное, это меня и сформировало.
За неделю до чужой независимости
Я пошёл в первый класс первого сентября 1991 года, через неделю после того, как Украина объявила независимость. Я из Крыма, не из Казахстана. Школа была новая, успели достроить за полгода до распада Союза. Для нас, детей, это была просто школа, первый класс, ну круто. Не представляю, что в этот момент чувствовали родители: как искать работу, как вообще жить, когда страна разваливается на глазах.
Формировал меня, как и всё это поколение, дефицит: денег у родителей, вещей, впечатлений. Тогда это казалось нормой. В Казахстан я приехал в 2014 году вести один проект. Остался. Женился, сейчас у меня трое сыновей.
Мехмат для родителей, филфак для себя
У меня два высших образования: мехмат, прикладная математика, и филфак, русский язык и литература. Первое поступление — скорее выбор родителей, чем мой. Это вообще большая проблема постсоветского образования: в университет идут сразу после школы, в 16–17 лет, когда толком не понимаешь, чем хочешь заниматься. Мне в этом смысле нравится американский подход: школа у них длится дольше, а после неё принято брать год перед колледжем, чтобы поработать официантом, посудомойкой, кем угодно, лишь бы понять себя. У нас так не принято, и родители часто реализуют через детей то, чего не хватило им самим.
Я понял, что не хочу заниматься математикой, и на второе образование поступил уже сам.
Как непубликуемый пиарщик стал СМИ
Восемь лет назад я работал коммуникационщиком в местном офисе одного из мировых прайм-брокеров. И столкнулся с тем, что медиарынок здесь фактически монополизировал один крупный конкурент: скупил площадки и запретил им брать материалы от других игроков. У меня был уникальный эксперт, уникальная информация, но ни одно издание не бралось её публиковать: месяц бьюсь, два, три, без толку. Платить за публикации я не хотел принципиально: заплатишь один раз — будешь платить всегда. Тогда решил, что единственный выход из этого закрытого рынка — сделать своё СМИ. Бюджета не было, но было понимание, как это устроено технически: сайт я бы сделал сам, но это ресурсы и время. Поэтому выбрал самый простой формат — Telegram-канал.
Получилось настолько хорошо, что довольно быстро я понял: мне не хватает знаний по финансам, я же не финансист. Пошёл получать дополнительное образование, прошёл несколько курсов, и только после этого получил право официально называться финансовым аналитиком внутри компании: финансовый аналитик может давать прогнозы по курсу и рынку, а пиар-менеджер — нет.
Чем я отличаюсь от штатного аналитика
У аналитика в инвестфонде задача простая — найти недооценённые бумаги и сказать: покупайте, вот по такой цене. У аналитиков family office (family office — компания или команда, которая управляет личными деньгами состоятельных семей) задача другая: сначала понять, чего человек хочет для себя или детей, и выстроить под это финансовый план. Кстати, одно из моих личных открытий: не всякий, кто заработал миллион-два, финансово грамотен. Успешный бизнес и грамотное управление личными деньгами — разные навыки. Моя задача — превращать данные в понятные посты для канала и поднимать финансовую грамотность в стране в целом.
Одна из моих фишек — объяснять сложное простыми словами. У меня даже есть отдельная рубрика, «Перевод с чиновничьего»: когда Нацбанк или Минфин публикуют что-то на своём языке, я просто перевожу это на человеческий.
Цена одной непроверенной новости
Самая неприятная профессиональная ошибка случилась в первые дни войны. Один брокер прислал мне скриншоты о том, что на казахстанские бумаги наложены санкции и торги ими на Лондонской бирже остановлены. Я доверился одному источнику и сразу выпустил новость. Оказалось, проблема была только у этого конкретного брокера: у него было партнёрство с российской стороной, поэтому остановили именно его. А я написал, что санкции наложены на весь рынок. Получил очень много критики, извинился. На мой взгляд, не извиняются только не очень хорошие люди, ошибаются все. С тех пор правило простое: лучше выпустить новость на полчаса позже, но перепроверить у двух-трёх источников, чем гнаться за скоростью и хайпом.
Если говорить не о профессии, а о жизни в целом, жалею я о другом: что сам пришёл к финансовой грамотности поздно. Завидую 19–20-летним ребятам, которые уже интересуются акциями и разбираются, как это работает. Я в их возрасте валял дурака. А в личных финансах время важнее денег: если впереди больше тридцати лет, за это время можно накопить капитал, который снимет вообще все вопросы. Есть занятная статистика: чтобы закрыть финансовые желания примерно девяти из десяти людей в мире, достаточно около 700 тысяч долларов. Если эта сумма уже лежит у тебя на счёте, ты попадаешь на уровень, который в одном фильме называют «пошёл ты»: можешь уйти с нелюбимой работы, послать неприятного начальника и не бояться остаться на улице.
Как я разошёлся с работодателем
Ушёл я в конце 2021 года, перед январскими событиями. Мы с компанией дошли до потолка в отношениях: моя публичность стала им мешать, кто-то из клиентов вёл себя не лучшим образом в сети, начинались жалобы, на меня давили. Я решил, что готов зарабатывать на рекламе и быть независимым. Разошлись на очень хорошей ноте, и это, честно, респект компании. Я сразу сказал: канал я заводил как штатный сотрудник, по сути в рабочее время, формально это их актив: забирайте, отдам всё, включая симку, на которую он зарегистрирован, помогу обучить человека, который будет его вести. Но предупредил: если заберут, я тут же рядом запущу второй канал под другим названием и с другим дизайном и начну с нуля, потому что опыт никуда не денется. В компании даже прописали пункт не писать о них негативно. Забавно, это выдавало, что они не совсем понимают местный менталитет: у нас не принято поливать бывшего работодателя грязью, если речь не о чём-то криминальном. В итоге канал оставили мне полностью. Мы до сих пор дружим, сидим в одних советах по рынку, и отношения стали даже лучше, когда исчезли коммерческие обязательства друг перед другом.
Что удивило больше всего
Насколько сильно на профессиональные решения влияют личные отношения. Со стороны кажется, что правительство — единый механизм, который слаженно ведёт страну к общей цели. На деле это скорее серпентарий, где один министр не подаёт руки другому и вставляет ему палки в колёса просто из личной неприязни. Я вижу это почти везде: за профессиональными решениями сплошь и рядом стоят личные обиды и амбиции, а не логика процесса.
Дисциплина важнее мотивации
Работаю я ради денег и считаю это нормальным. Работать «за идею», постоянно себя недооценивая, — плохая стратегия: мотивация имеет свойство заканчиваться. Я каждое утро восемь лет подряд делаю утренний «шортс» для канала. Если бы это держалось только на мотивации, я бы давно бросил, как бросают большинство начинаний. Держится это на дисциплине, а дисциплина появляется, когда есть чёткая цель, а чёткая цель невозможна без достойной оплаты труда. Мы с женой откладываем: у нас есть инвестиционный портфель, который со временем должен нас обеспечивать, и отдельно копим детям на образование. В какой-то момент жена прочитала книгу «Финансовая независимость» — про человека, который после университета понял, что классическая карьера не для него, переехал жить в трейлер и стал копить миллион долларов, потому что подсчитал: этой суммы хватит, чтобы жить безбедно почти в любой точке мира. Из таких историй родилось движение FIRE (FIRE — Financial Independence, Retire Early, стратегия накопить капитал и выйти на «пенсию» сильно раньше стандартного возраста, иногда уже к 35 годам).
Обычно к 35–40 годам, если карьера складывается нормально, квартира и машина уже куплены, дети учатся, и остаются свободные деньги. Вот тогда и стоит задуматься, куда их девать, пока поток не иссяк.
FINANCE.KZ через десять лет
Сейчас это уже не просто медиаканал. Я добавил в название своё имя и фамилию, так почти никто не делает, и осознанно строю личный бренд, чтобы двигаться в сторону медиаменеджера: у меня уже есть деловой портал и YouTube-канал, хочу объединить их в один бренд, который работает на финансовую грамотность в Казахстане. На портале, кстати, аналитиков больше, чем журналистов, сам я им не руковожу день в день, скорее выступаю ментором. Принцип один: никакого жёлтого кликбейта. Откроешь иное деловое издание, а там заголовок «доллар рухнул в Казахстане», потому что курс сдвинулся на два тенге. Я по этому поводу регулярно прикалываюсь.
Идея на будущее простая: сейчас в Казахстане мало частных инвесторов, потому что при базовой ставке около 16% и депозитах под 20% годовых на фондовый рынок в здравом уме никто не пойдёт: депозит и так даёт достаточную доходность без риска. Но ставки рано или поздно начнут падать, и тогда обычно случается бум частных инвесторов: люди снимают деньги с депозитов и ищут, куда их пристроить, а находят на фондовом рынке. У частного инвестора всегда один и тот же запрос — информация: что покупать, индексы или отдельные компании. Вот ровно под этот будущий спрос я и строю экосистему уже сейчас.
Карта рисков вместо интуиции
Я не полагаюсь на интуицию — веду карту рисков, инструмент из корпоративного управления: там есть риск-отделы, которые составляют такие карты для всей компании. Советую всем делать то же самое лично для себя. Это таблица: слева сам риск, дальше вероятность его наступления, дальше последствия, и что делать заранее, чтобы их минимизировать. У меня там просчитана и потеря трудоспособности, и даже сценарий, что Казахстан может оказаться втянут в войну — тогда придётся уезжать вместе с детьми. Большинство людей утром выходят из дома в уверенности, что вечером вернутся и всё будет как всегда. Но вечно никто не живёт, и разное случается. Лучше продумать сценарии заранее — тогда жить проще и спокойнее.
Совет студенту
Не работай на нелюбимой работе только ради денег — счастья это не прибавит. Найди дело, которое нравится, и расти в нём: в найме свой первый миллион долларов на самом деле сделать проще, чем в бизнесе, хотя принято думать наоборот. Миллиард в найме не заработаешь, а вот пять миллионов — вполне реально. И третье: начинай инвестировать как можно раньше, время в личных финансах важнее суммы, с которой стартуешь.
Себе в двадцать лет
Шутка про «купи биткоин» тут не работает: даже если бы я вернулся в прошлое и точно знал, что он вырастет в сто раз, я бы всё равно продал его после кратного роста — как продали почти все, кто держал его на старте. Поэтому сказал бы иначе: будь менее скромным, делай то, что тебе действительно нравится, и просто двигайся вперёд. Всё сложится.
Андрей Чеботарев — финансовый аналитик, основатель и автор Telegram-канала FINANCE.kz. Ранее работал в сфере PR и GR в местном офисе международного прайм-брокера. Живёт в Астане. Текст записан и адаптирован от первого лица редакцией Kapitalist.