С конца февраля мировой рынок лишился более 500 млн баррелей нефти и конденсата, а восстановление добычи в странах Персидского залива может занять от нескольких месяцев до нескольких лет.
Почти 50 дней войны вокруг Ирана обошлись мировому нефтяному рынку более чем в $50 млрд недополученной выручки. С конца февраля с рынка выпало свыше 500 млн баррелей нефти и конденсата — жидкого сырья, которое получают вместе с газом. При средней цене около $100 за баррель это стало крупнейшим перебоем поставок энергии в современной истории.
Масштаб потерь легче понять через сравнения. Выпавший объем равен примерно 10 неделям мирового спроса на авиационное топливо, 11 дням полного отсутствия дорожного движения на планете или пяти дням работы всей мировой экономики без нефти. Это также почти месячное потребление нефти в США, более месяца потребления Европы, около шести лет расхода топлива американскими военными и примерно четыре месяца работы международного судоходства.
Особенно сильный удар пришелся по странам Персидского залива. В марте арабские страны региона потеряли около 8 млн баррелей добычи в сутки. Это сопоставимо с суммарной добычей Exxon Mobil и Chevron. Экспорт авиационного топлива из Саудовской Аравии, Катара, ОАЭ, Кувейта, Бахрейна и Омана рухнул с 19,6 млн баррелей в феврале до 4,1 млн баррелей за март и первую часть апреля. Такого объема хватило бы примерно на 20 тыс. рейсов туда и обратно между Нью-Йорком и Лондоном.
Формально пролив Ормуз снова открыт, а это один из главных морских маршрутов для поставок нефти. Но открытие прохода не означает быстрого возврата к прежним объемам. В апреле мировые наземные запасы нефти уже сократились примерно на 45 млн баррелей, а с конца марта объем остановленной добычи достиг около 12 млн баррелей в сутки. Для тяжелых месторождений в Кувейте и Ираке выход на обычный режим может занять четыре-пять месяцев.
Проблема шире самой добычи. Повреждения мощностей по переработке нефти и газового комплекса Ras Laffan в Катаре означают, что восстановление всей энергетической инфраструктуры региона может растянуться на годы. Это делает кризис затяжным: рынок столкнулся с разрывом, последствия которого будут влиять на запасы, цены и перевозки еще долго после прекращения огня.