Еврозона снова балансирует у грани технической рецессии из-за дорогой энергии, слабой промышленности и ограниченной бюджетной поддержки. Запаса прочности больше, чем в 2022 году, но пространство для ошибки стало заметно уже.
Европейская экономика снова проверяется на прочность ростом цен на энергию, но входит в этот эпизод слабее, чем хотелось бы. Еще до нового обострения вокруг Ормузского пролива консенсус ждал роста еврозоны в 2026 году лишь на 1,2 процента. Теперь риск технической рецессии, то есть двух кварталов подряд со снижением ВВП, заметно вырос.
Первые признаки видны в промышленности. Производственная активность ослабевает, а композитный индекс PMI, который отражает состояние бизнеса в промышленности и услугах, уже указывает на квартальное снижение выпуска. Это важно потому, что Европа особенно чувствительна к энергетическим издержкам именно через промышленный канал. Более дорогой газ и электричество бьют по марже предприятий раньше, чем по потребительскому спросу.
На этот раз у правительств меньше пространства для масштабной защиты домохозяйств и компаний. К середине июня европейские страны пообещали менее 12 млрд евро поддержки, что существенно ниже пакетов времен энергетического кризиса 2022 года. Экономический смысл прост. Когда государство меньше субсидирует счета за энергию, удар быстрее переносится в реальные доходы населения и в себестоимость бизнеса.
Инфляция при этом может оказаться более вязкой, чем рассчитывал рынок. Голландский газовый бенчмарк TTF с начала года вырос более чем вдвое. Удобрения дорожают и становятся дефицитнее, а погодный фактор в виде сильного Эль Ниньо создает риск дополнительного роста цен на продукты. Это уже не только энергетическая история. Это широкий инфляционный импульс, который проникает в продовольственную корзину.
Потребитель вряд ли станет спасательным кругом для роста. Реальные зарплаты в первом квартале почти не росли, а при дальнейшем ускорении инфляции могут снова уйти в минус. Если рынок труда тоже начнет остывать, домохозяйства логично усилят осторожность и сократят необязательные расходы. Для экономики с и без того слабой динамикой это неприятный сценарий, потому что внутренний спрос перестает компенсировать просадку в производстве.
При этом ситуация не выглядит безвыходной. Балансы домохозяйств и компаний сейчас в среднем лучше, чем перед глобальным финансовым кризисом. Обслуживание долга остается относительно посильным, а объемы ликвидных активов выше, чем в прошлые стрессовые периоды. Кроме того, нынешний энергетический шок все же мягче кризиса 2022 года. Пиковая цена газа в Европе достигала 62 евро за мегаватт час, тогда как в августе 2022 года она поднималась до 339 евро, и полноценного физического дефицита топлива пока нет.
Есть и внешние подпорки. Глобальный промышленный цикл остается устойчивым, а инвестиции, связанные с искусственным интеллектом, поддерживают европейских производителей капитальных товаров. Улучшение платежного баланса тоже оставляет экономике больше внутреннего ресурса. Но равновесие остается хрупким. На финансовых рынках это означает, что краткосрочный оптимизм по акциям еще может держаться, тогда как среднесрочно более устойчиво выглядят защитные сектора, прежде всего энергетика, фармацевтика и коммунальные компании. Для валютного рынка логика также очевидна. Более сильный рост в США поддерживает доллар, а курс евро к доллару может сместиться в район 1,10 до 1,12.
