В Японии считают иену слишком слабой и допускают новые совместные интервенции с США. Но без более быстрых повышений ставки Банк Японии лишь выигрывает время, а не меняет тренд.
Японские власти снова подводят рынок к мысли, что слабая иена перестает быть приемлемой даже для страны, десятилетиями жившей с ультрамягкой денежной политикой. Бывший главный валютный дипломат Японии Мицуhiro Фурусава считает текущий курс явно слишком слабым и допускает, что Токио и Вашингтон могут снова выйти на рынок с интервенцией практически в любой момент.
Смысл этого сигнала не в конкретной отметке курса. Речь идет не о механическом уровне вроде 160 или 162 иены за доллар, а о моменте, когда власти сочтут движение беспорядочным и экономически разрушительным. Слабая валюта повышает стоимость импорта для японской экономики, а это особенно болезненно для страны, которая зависит от внешних поставок сырья и энергии. Ослабление иены перестает быть поддержкой для экспортеров, если одновременно давит на внутренние цены и ухудшает потребительский фон.
В июле курс падал ниже 163 иен за доллар, что стало самым слабым уровнем почти за четыре десятилетия. Совместная валютная интервенция Японии и США затем вернула курс в район 155. Сейчас доллар стоит около 159,35 иены. Такая динамика показывает, что одноразовое вмешательство способно дать передышку, но не меняет фундаментальное направление, если рынки по-прежнему видят слишком большой разрыв между японскими и американскими ставками.
Именно поэтому вторая часть сигнала не менее важна, чем разговоры об интервенции. Фурусава считает, что Банк Японии должен повысить ставку уже в сентябре и одновременно показать более быстрый темп дальнейших шагов. В июне регулятор уже поднял ставку до 1 процента с 0,75 процента, что стало максимумом за 31 год. Но для устойчивого разворота валюты этого может оказаться недостаточно.
В оценке бывшего дипломата конечный уровень ставки, к которому центральный банк хотел бы прийти, находится в диапазоне 1,5–1,75 процента. Для японской экономики это серьезный сдвиг после долгой эпохи почти нулевой стоимости денег. Повышение ставки делает хранение капитала в иене хоть немного привлекательнее и снижает стимул для так называемых carry trade стратегий, когда инвесторы занимают дешевую японскую валюту и вкладываются в более доходные активы за рубежом.
Но путь к более сильной иене не свободен от внутренних конфликтов. Правительство Санаэ Такаити само находится под давлением. Чем выше ставка, тем дороже обслуживание государственного долга, а у Японии отношение долга к ВВП составляет 248,7 процента, самое высокое в мире. Ранее из кабинета уже звучали призывы быть готовыми к покупкам гособлигаций, если рост доходностей начнет создавать проблемы. То есть власти одновременно хотят более крепкую валюту и боятся финансовой цены, которую придется за это заплатить.
Для рынков это означает возвращение старого японского сюжета в острую фазу. Интервенция может в любой момент выбить спекулянтов из коротких позиций по иене, особенно если будет скоординирована с США. Но устойчивый эффект появится только тогда, когда валютный сигнал подкрепится денежной политикой и готовностью принять более высокую стоимость заимствований внутри страны.
Иена снова стала не только валютной темой, но и политическим балансом между инфляцией, доходностью облигаций и устойчивостью бюджета. Пока этот баланс не найден, рынок будет жить в режиме постоянной готовности к резким движениям, которые приходят не из графика, а из кабинетов Минфина и Банка Японии.