Раскрытие показывает 175 сделок президента США за месяц. Основной акцент — долговые бумаги штатов, городов, школ и крупных компаний.
Президент США в марте купил облигации минимум на $51 млн, следует из финансовых раскрытий, опубликованных 25 апреля 2026 года. В документах указаны 175 финансовых операций, но точные суммы по каждой сделке там не раскрываются: регулятор показывает диапазоны стоимости. Поэтому известна нижняя оценка покупок — $51 млн, а совокупный максимум по всем классам активов достигает примерно $161 млн.
Такие отчеты относятся к форме OGE 278-T. Ее подают чиновники, когда покупают, продают или обменивают ценные бумаги на сумму свыше $1 000. Сделку нужно раскрыть в течение 30 дней после уведомления о ней, но максимум — через 45 дней после самой операции. Отдельно существуют ежегодные финансовые декларации, которые обычно подаются к 15 мая.
Большая часть мартовских покупок пришлась на муниципальные облигации — долговые бумаги штатов, округов, школьных округов и других структур, связанных с государством или совместными проектами власти и бизнеса. Проще говоря, это займы, через которые местные власти финансируют школы, дороги, больницы, коммунальные сети и другие проекты.
Крупнейшие 26 сделок были в диапазоне от $1 млн до $5 млн. В основном это муниципальные облигации и казначейские бумаги США. Среди крупных покупок также были корпоративные облигации Weyerhaeuser и General Motors, а также вложение в ETF, который отслеживает индекс высокодоходных облигаций.
В корпоративной части портфеля фигурируют компании из энергетики, технологий, здравоохранения и финансов. Среди эмитентов указаны Constellation Energy, Occidental Petroleum, Broadcom, Nvidia, Meta Platforms, Microsoft, Citigroup, Goldman Sachs, JPMorgan Chase и Boeing.
Важен масштаб и совпадение с зонами, на которые влияет политика Белого дома. Облигация — это долг: инвестор дает деньги государству или компании и получает проценты. Когда президент покупает такие бумаги, возникает вопрос прозрачности: может ли его личный портфель пересекаться с решениями администрации по энергетике, обороне, банкам, инфраструктуре или технологиям.
Такие решения влияют на доверие к институтам. Если граждане видят, что чиновник владеет активами компаний или региональных структур, зависящих от государственных решений, у них появляется вопрос: чьи интересы учитываются при налоговых льготах, госконтрактах, регулировании банков или поддержке промышленности. Даже при законном управлении активами такие раскрытия становятся политической темой.
Мартовские покупки вписываются в более широкую картину. С начала второго срока Трамп купил облигаций более чем на $100 млн, а с конца августа по начало октября он приобрел облигации минимум на $82 млн.
