Скачок нефти и газа снова пугает рынки призраком инфляции 2022 года, но BIS призывает центробанки не реагировать на этот шок слишком резко.
Резкий рост цен на нефть и газ снова возвращает рынки в атмосферу 2022 года, когда энергетический шок быстро превратился в инфляционный и заставил центробанки поднимать ставки до максимумов за десятилетия. Тогда главной ошибкой считалось то, что регуляторы слишком долго считали рост цен временным явлением и слишком поздно отреагировали на масштабы проблемы. Сейчас ситуация выглядит похожей лишь на первый взгляд. Именно поэтому Банк международных расчетов фактически призывает центробанки не повторять крайности и не бросаться ужесточать политику только потому, что нефть снова резко пошла вверх. Именно с таким сигналом BIS выступил накануне крайне важной недели для мировых рынков. По данным Reuters, организация, которая координирует диалог между крупнейшими центробанками, призвала регуляторов не переоценивать нынешний скачок цен на энергоносители, вызванный кризисом вокруг Ирана. С начала марта нефть выросла примерно на 40%, а оптовые цены на газ почти на 60%. На фоне такой динамики рынки тут же начали пересматривать ожидания по ставкам, опасаясь, что ФРС, ЕЦБ и другие регуляторы не захотят снова рисковать своей репутацией и предпочтут действовать жестче. Но позиция BIS заключается в том, что далеко не каждый энергетический скачок требует немедленного ответа через монетарную политику. Главный экономический советник организации Хён Сон Шин назвал нынешнюю ситуацию классическим примером шока предложения, который в случае временного характера лучше просто переждать, а не пытаться быстро подавить ставками. Если рост цен вызван перебоями или геополитическим фактором, а не перегревом спроса, более высокая ставка сама по себе не увеличит предложение нефти и не снизит военный риск на Ближнем Востоке. Она лишь создаст дополнительное давление на экономику, которая и без того сталкивается с новой волной неопределенности. При этом рынок уже двигается в другую сторону. Инвесторы резко сократили ожидания по снижению ставки ФРС в этом году до одного шага. Более того, в Европе участники рынка уже начали закладывать в цены возможность повышения ставки ЕЦБ к июлю и допускают еще одно повышение до конца года. То есть сама вероятность того, что центробанки вновь окажутся слишком мягкими, уже вынуждает рынки заранее перестраивать всю кривую ожиданий. Фактически инвесторы действуют так, будто повторение инфляционного сценария 2022 года становится все более реальным риском. И в этом заключается главная интрига. На этой неделе почти одновременно проходят заседания сразу четырех крупнейших центробанков мира. Свои решения готовят Федеральная резервная система США, Европейский центральный банк, Банк Англии и Банк Японии. Это первые заседания после начала новой ближневосточной эскалации 28 февраля. Поэтому рынки будут смотреть не только на сами решения по ставкам, но и на то, как именно регуляторы опишут происходящее. Любое слишком жесткое заявление может усилить рыночную нервозность. Любой слишком спокойный тон может быть воспринят как опасная недооценка угрозы. После предыдущего инфляционного шока центробанки по всему миру подвергались критике за то, что слишком долго верили в временный характер роста цен. Именно поэтому сегодняшняя реакция рынков выглядит настолько резкой. Это не просто оценка текущей статистики, а скорее память о том, как дорого однажды обошлась ошибка в интерпретации энергетического шока. В BIS прямо дают понять, что нынешняя переоценка ставок может быть скорее нервным рефлексом, чем холодным анализом. Тем более что базовые инфляционные показатели пока не продемонстрировали сопоставимого скачка, а значит общая картина остается смешанной и далеко не однозначной. На этом фоне особенно важно, как меняется сама коммуникация центробанков. В своем докладе BIS отдельно отмечает, что после череды кризисов последних лет регуляторы все чаще отходят от жестких обещаний по будущей траектории ставок и предпочитают использовать сценарный подход. Вместо того чтобы говорить рынкам, куда именно пойдут ставки, они все чаще показывают несколько возможных вариантов развития событий и объясняют, при каких условиях реализуется каждый из них. Это отражает новую реальность, в которой мир слишком быстро переходит от одной нестабильности к другой, а традиционная уверенность в прогнозах становится роскошью. Кроме энергетического шока BIS также упомянул и другие зоны напряжения на рынках, включая волатильность в акциях, связанных с искусственным интеллектом, а также первые признаки стресса в private credit. Пока организация не видит масштабных системных сбоев, но сам факт, что эти сегменты отдельно попали в поле внимания, говорит о более широком фоне тревожности. Для центробанков это означает, что ошибка сейчас может стоить особенно дорого. Слишком мягкая позиция рискует усилить инфляционные ожидания, а слишком жесткая способна ударить по финансовой системе в момент, когда она уже сталкивается с несколькими источниками давления одновременно. Именно поэтому нынешний спор вокруг нефти и ставок важен не только для макроэкономистов. По сути речь идет о том, готовы ли крупнейшие центробанки мира признать, что не каждый кризис требует одинаковой реакции. После нескольких лет, в течение которых монетарная политика постоянно догоняла события, рынки привыкли видеть в каждом шоке повод для немедленной переоценки траектории ставок. BIS пытается остановить этот автоматизм и напомнить, что временный удар по сырью не всегда означает долгосрочную инфляционную спираль. В итоге для рынков это выглядит как крайне неудобный момент. Цены на энергию уже пошли вверх, память о прошлых ошибках слишком свежа, а уверенности в том, что нынешний шок действительно окажется краткосрочным, пока нет. Но именно в такой ситуации и проверяется качество центробанков. Если они начнут реагировать слишком резко, есть риск задушить экономику из за проблемы, которую монетарная политика все равно не может решить напрямую. Если они снова недооценят последствия, рынок быстро напомнит им, как дорого обходится запоздалая реакция.